В этот день, 7-го января, я впервые должен был участвовать в беседе с неизвестным разумом, диалог с которым, а главное его содержание незадолго до этого мы прослушивали в записи на простеньком дешевом магнитофоне. Смысл услышанного потрясал воображение! В таинственном собеседнике угадывался недюжинный интеллект, ответы всегда были логичны, речь интересна, кратка и литературно почти безукоризненна. Но голос – голос был хорошо знаком: тембр легко выдавал члена нашей группы по изучению АЯ Геннадия Харитонова. Правда, в обыденной жизни он так никогда не разговаривал! Тут явно слышались артистические нотки – особая выразительность слов, хорошая дикция, даже некоторая назидательность в интонации. Нет, Гена так не говорит!..

Кто-то неизвестный, невидимый, вёл беседу, пользуясь голосом Харитонова как неким инструментом.

7-го января, вечером, мне предстояло самому вступить в диалог с этим таинственным Нечто и решить для себя ряд жгучих вопросов. Во-первых, что это не розыгрыш. Во-вторых, что это действительно иной мир. В-третьих, что это не случайный эпизод и общение можно продолжить.

Весь день я готовил вопросы, проигрывая в голове сценарий беседы. Она могла не состояться или оказаться последней, и поэтому, пользуясь моментом, хотелось выяснить как можно больше. Вопросов набралось более полутора сотен, и они не истощались. Весь день я чувствовал себя кем-то вроде члена экипажа из толстовской “Аэлиты”, готового стартовать на Марс. 192.. год, революционное межвременье, расхристанная войной страна, и два чудака, инженер Лось и красноармеец Гусев, летят в неизвестность...

Что-то подобное повторялось сейчас, спустя семь десятков лет. Распавшаяся на осколки великая держава, постсоветское безвременье и разруха во всем, куда ни кинь взгляд... Даже место для диалога с внеземным разумом под стать мастерской Лося: строительный вагончик на пустыре близ возводимого в Волжском многоэтажного дома по улице Мира. Гена прирабатывал ночным сторожем, и во время его дежурств нам было удобно вести эти странные беседы с иномиром. Правда, несколько раз в дальнейшем сеансы связи срывались по весьма прозаической причине: из-за пьянок рабочих-строителей, облюбовавших вагончик для совсем иных, застольных бесед с неизбежными ссорами, матом и выяснением отношений. Век пещерный соседствовал и почти уживался с веком 21-м или 22-м, не знаю точно, когда диалоги с Высшим Разумом станут обыденными.

Но если там, в “Аэлите”, все события были чистейшей воды фантастикой, красивым вымыслом, то тут... тут была загадочная, непостижимая реальность, в которую еще долго не будут верить. По крайней мере, до тех пор, пока люди в массовом порядке не осознают наличие и множественность иных миров и не поймут, что с ними можно общаться.

С чего все началось? Как установился контакт?

Инициатором его стал Гера Губин, двадцатишестилетний рабочий, известный в Волжском радиолюбитель, года за два до этого пришедший вместе с Харитоновым в нашу группу. И вот – такое их достижение: контакт...

Из сбивчивого рассказа Губина, показавшего мне их первые магнитозаписи бесед с Некто, выяснилось, что они с Харитоновым, коротая ночные часы дежурств в вагончике, попытались осуществить психографический контакт. Для этого попробовали использовать гипноз, но, похоже, Геннадию он не требовался, поскольку он легко входил в некий транс, и его рука начинала беглые движения, словно записывала текст. В щепоть вставили ручку, поднесли картонку с белой бумагой, и тогда на ней стали появляться отдельные слова. Но весь текст оставался, как правило, неразборчивым набором каракулей. Гера задавал вопросы, а рука Геннадия что-то выводила в ответ.

И вот в какой-то момент Гера, ничего не разобрав на листе бумаги, попросил друга ответить голосом, и неожиданно Харитонов... заговорил! Он ответил внятно и вместе с тем не так, как обычно разговаривал. Вопрос, еще вопрос... Ответы были не его, не харитоновские, уж Гера-то друга знал, с детства неразлучны. Голосом Геннадия говорил кто-то иной, может быть, какая-то внеземная цивилизация!..

Несколько декабрьских ночей 1993 года они этим только и занимались – разговаривали с неизвестным собеседником о чем ни попадя, впрочем, не записывая сути, пока не догадались подключить микрофон. Геннадий при этом оставался пассивным лицом в контакте, поскольку после бесед в трансе он ничего не помнил. Он только видел какие-то картинки, которые косвенно были как-то связаны с темой разговора.

Подобным способом общения велись, насколько я знаю, переговоры членами так называемой “Группы-2” из дальневосточного города Дальнегорска. В 1990 году я встречался с руководителем “Группы-2” Александром Глазом на семинаре в Томске, и мы всю ночь слушали рассказ Александра и фрагменты магнитофонных записей, которых было очень много. Они тоже общались через посредника! Но в Дальнегорске применялся гипноз. Сам посредник находился в сомнамбулическом состоянии, полностью отключенный от внешнего мира. Даже речь его была неестественной, заторможенной, через силу, и, главное, не очень разборчивой. И все же помню, с каким изумлением и вниманием вслушивались мы в нее, поскольку это была речь не человека – через посредника с людьми общался иномир!

Мы понимали, что это прорыв, это новая и важная ступень в познании иных миров, доказывающая их существование в каких-то других измерениях.

Позже я не раз рассказывал на заседаниях группы волжан о достижениях дальнегорцев, мы пытались прослушивать неразборчивые записи бесед А. Глаза, но сами не пробовали повторить эксперимент.

Похоже, Губину и Харитонову это удалось...

ДИАЛОГ С НЕВИДИМКОЙ. НАЧАЛО...

...Мы зажгли свечу, приготовили магнитофон к записи. Гена снял очки, отстегнул браслет часов с руки, лег на скамью рядом со столом, за которым расположились мы с Губиным. Получится ли сеанс на этот раз, в присутствии нового человека? Гена был смущен, сдержанно улыбался. Он поудобнее устроился на скамье, руки положил вдоль тела, под головой телогрейка. Все замолчали, лишь тихо потрескивало пламя свечи.

Минут десять ничего не происходило. Гена сонно дышал, иногда прижмуривался, глазные яблоки за прикрытыми веками двигались. Вдруг обе его руки стали медленно подниматься, достигли вертикального положения, кисти рук ощупывали что-то круглое. “Энергетический шар, – шепнул мне на ухо Гера, – всегда так начинается...” Между тем левая рука Геннадия сжала пальцы в щепоть и застыла вертикально, а правая несмело, с остановками, стала совершать маятниковые движения.

“Один, два, три, четыре… – начал отсчет Губин, задавая ритм движению руки. – Вы слышите нас?”

Ответом было молчание.

Снова счет и снова тихий вопрос Геры: “Ответьте: вы слышите нас?”

Вдруг губы Харитонова разомкнулись и он внятно произнес: “Спрашивайте. Мы готовы отвечать...”

Я нажал клавишу магнитофона:

– Сегодня 7-ое января, девятнадцать часов вечера. У нас много вопросов к вам по разным направлениям мироустройства, жизни, науки, религии. Хотелось бы рассчитывать на понимание этого интереса к вашей цивилизации. По-моему, здесь огромный простор для сотрудничества. Для начала хотелось бы побольше узнать о вас, чтобы ничего не домысливать и не пугаться суеверных предположений. Итак, кто вы? Иная цивилизация, иная жизнь или одиночный источник информации?

– Мы, как и вы. Но вы – дети...

– Каково ваше место пребывания: Земля, Солнечная система или дальний космос?

– Мы – иной мир. Здесь нельзя сравнивать.

– В каких измерениях вы находитесь?

– Меряете вы...

– Понятно... У вас нет понятия мерности?

– Вы – ребенок, мы – старше. Мы пришли и учим вас. Если хотите, вы учите сами себя. Это условие контакта и условие эксперимента, поставленного вами.

– Нам хотелось бы быстрее овладеть новыми знаниями. Может, сейчас такой период, когда надо воспользоваться вашей помощью.

– Вы можете назвать период, когда наша помощь была не нужна?

– Да, затрудняемся... Наверное, она всегда была нужна. Есть ли у вас собственная планета обитания?

– Нет. Мы энергетический мир.

– Он охватывает всю Вселенную или только область Земли?

– Солнечную систему.

– В другие галактики вы не распространяетесь?

– Нет, вы не поняли: мы находимся в Солнечной системе, и сейчас мы занимаем ваш физический план, а именно – эмоциональный.

– Скажите: трехмерное измерение, в котором мы живем, оно не конечное?

– Это ваши сказки. Вы живете сейчас в пятимерном измерении. Но пользуетесь только тремя.

– Будет ли время, когда мы поймем, что можем пользоваться всеми пятью измерениями?

– Вопрос без смысла. Если бы этого не было, то зачем вы живете?

– Сколько всего измерений, бесконечное множество?

– У вас семь планов. Вы знаете это, вы называете это чакрами. Сейчас вы существуете в пяти измерениях. Для вас это новость?

– В какой-то мере – да. Я полагал, что четвертое измерение – это время. А как представить пятое измерение?

– Мир не имеет измерений. Но вы поделили его. Изначально вы были поделены на пять миров.

– Назовите параметры этих измерений. Мы знаем длину, ширину, высоту, время...

– Вы говорите о физическом плане. Мы же говорим о другом. В вас находится минимум трое: эго, дух и душа. Религия здесь не врет.

– Все-таки об измерениях...

– Хорошо, давайте так: вы представляете, что вы реальны?

– Представляем.

– Потусторонний мир для вас – реальность?

– Спорный вопрос. Большинство человечества его не признает.

– То есть вы не называете его реальным?

– Да.

– Хоть он и существует... Так что же тогда реальность?

– То, что мы видим и ощущаем.

– Реальность – это одна из точек видения. Ваш мир тоже для кого-то потусторонний. Вы согласны с этим?

– Да, возможно...

– То есть вы согласны, что это просто одна из точек видения.

– Хорошо, а вы имеете возможность материального воплощения?

– Нет.

– Вам это не нужно?

– Нет.

– Нам трудно это понять. Как же вы выглядите для самих себя?

– Мы назывались вам для сравнения атомом. Представьте атом.

– Трудно представить. Но возможны ли элементы сотрудничества, взаимодействия землян с вами?

– А что мы делаем сейчас?

– Да, это начало.

– Нет, вы не правы: не вы первые, не вы последние.

– Мы интересны вам как партнеры?

– Вы – дети... Будьте внимательны. Это вы разговариваете сами с собой, но вы еще ребенок.

– Ну и как подняться до высот полного понимания?

– Если мы разговариваем с вами, значит, вы подниметесь.

– Вы порой называете себя “я”. От себя или от цивилизации вы выступаете?

– Я повторюсь. Вас минимум трое: эго, дух и душа. Эго – это лично вы. Дух – это ваша основа. Мы же – часть души, ее составляющая. Мы не можем вмешиваться в ваш физический план. Мы пользуемся только вашими эмоциями.

– Это закон космического общения, что нельзя вмешиваться, или просто вы так считаете?

– Вы не должны вмешиваться даже в жизнь соседа. Вы уверены, что поступаете правильно?

– Нет, конечно... Далеко ли человеческая цивилизация отстала от вас?

– Мы не будем говорить об уровне – кто умнее, кто глупее. Иные уровни, иные. Скажите, кто глупее – собака или вы?

– Надеюсь, что собака. Или я ошибаюсь?

– А если собака считает, что она умнее, она не права?

– Но мы об этом, к сожалению, не узнаем...

– Спрашивайте...

– Существует ли Всемирное Кольцо Разума и сколько цивилизаций в него входит?

– Мы не будем давать вам готовые ответы, вы должны додумываться сами. Но я скажу вам: мир един, и если есть Кольцо, значит, есть цивилизации, которые не входят туда.

– Земляне, видимо, пока не входят?

– В вашем понятии – нет. Но ребенок начинает ходить. Как вы думаете, он станет взрослым или нет?

– Скажите, может ли такая группа, как Волжская, сотрудничать с вами...

– А что вы делаете сейчас?

– ...чтобы ускорить прогресс человечества?

– Нет, мы не ускоряем, мы только помогаем.

– И вы согласны помочь нам?

– Представьте, вы победили, победили за счет чужих заслуг. Согласитесь, что вы потеряете радость и вкус победы.

– Согласен. Но почему вы не можете подобным контактным способом выходить на научную, политическую, творческую элиту государств?

– Разве?

– Но эти случаи неизвестны, и создается впечатление, что политические деятели, ученые очень скептически относятся к любым аномальным явлениям и к контактам с иномирянами.

– Многим не дано, у них другой заряд. А иные никогда и не скажут об этом, ввиду их высокого положения в обществе.

– Уровень знаний и интеллект простых людей существенно снижают обоюдные возможности в контактах?

– Нет

– Нет? Но ведь именно это ставит под сомнение полезность подобных контактов. Более того, они дискредитируют их. Когда простые люди начинают рассказывать о контактах, им никто не верит.

– Хорошо. Давайте так. Многие контакты, в вашем понятии, лживы, и вы уже встречались с этим в ваших исследованиях. Но первое: в каждой лжи есть доля правды. Второе: представьте, к вам пришел пациент и объявил себя сумасшедшим. Кто он – лжец или сумасшедший?

– Наверное, надо разбираться.

– Согласитесь, что одновременно этого не может быть. Он не может быть и лжецом, и сумасшедшим. Вы согласны с этим?

– Да.

– В данном случае вы рассуждаете логически. Да, здесь нет выхода. Но я вам скажу: человек, как правило, нелогичен, хотя логика – его конек. И любая ложь, в вашем понятии, – это всего лишь одна из нереализованный реальностей.

– Скажите, вы позволите рассказать о контактной ситуации с вами, и как лучше это сделать: через прессу, книги или лучше молчать?

– Это ваши проблемы.

– Многие из ваших ответов напоминают о контактах с дальнегорской Группой-2…

– Это не так.

– Вы о них не знаете?

– Мы их не напоминаем.

– Вы знаете, кто руководит Группой-2? Почему резко прекратились публикации об этой группе?

– Нет, мы с ними не встречались.

– Известна ли вам земная точка зрения на существование сил добра и света, а также сил зла и тьмы? То есть деление сил – от Бога и сатаны.

– Что такое тьма? Это одно из составляющих света. Это надуманный вопрос. Мы говорили вам, что ваше видение – реальность. Но ведь реальность – это одна из точек видения. Вы помните? Для вас реален и Бог, и сатана. У вас есть Бог, в вашем понимании, у нас свой Бог – в нашем понимании.

– Насколько справедлива точка зрения на религию, или это человеческие предрассудки?

– Это одно из видений, одна из точек восприятия мира. Мы говорили вам, что лжи как таковой не существует. Если вы мне сейчас скажете, что у вас в кармане миллион и “Мерседес” в гараже, то вы лжете только себе, потому что я могу поверить, и для меня это будет правдой.

– Скажите, чем ценен для вас человек?

– Он рождает нас, мы рождаем его. Мы – целое.

– Трудно понять… Скажите, человеческая душа имеет особое значение для вас?

– Да, мы часть души, мы уже говорили это вам.

– Вечна ли человеческая душа?

– Даже в вашем понимании она вечна.

– Она может реинкарнировать бесконечно?

– Это одна из реалий.

– Но в это сейчас немногие верят. И нет доказательств обратного.

– Это ваши проблемы.

– Вы не желаете разъяснить человечеству ошибочность подобных взглядов?

– Что вы делаете, если вас не понимают, не хотят слушать?

– Ищем доказательства, факты, которые убедят. С душой пока доказательств мало…

– Вас ничто ни убедит.

– Значит, бесполезно стремиться к этому?

– Нет, но вы сами должны поверить в это, мы вам никаких доказательств не приведем.

– Допустим, лично я поверю, а окружающие не верят. Что сделать для того, чтобы восторжествовала истина?

– Ваше стремление, чтобы вам поверили, заключается в чем?

– Найти доказательства.

– Для чего? Цель этих доказательств?

– Чтобы человечество не заблуждалось.

– Вы считаете, что вы не заблуждаетесь, и учите все человечество?

– Ну, я надеюсь, что не заблуждаюсь относительно души. Ведь вы же сами сказали, что душа есть и она вечна.

– Но вы должны понять это. Если вы будете верить, то вы поймете, а если вы только думаете, что верите, то разве вам что-нибудь это даст? Вы лжете, лжете самим себе. Вы уверены, что у вас есть душа, но ищете доказательств. Вы верите в Бога? Или вы верите только в то, что здесь видите? Вы можете объяснить все свои поступки?

– Нет, не могу.

– И вы хотите научить человечество?

– Ну, хоть чтобы не брести в темноте. Не научить, но…

– У каждого своя дорога. Мы говорили вам – не вмешивайтесь. Вы можете подсказать, можете учить, но если у вас нет веры, то лучше уйдите.

– Та-ак… Значит, может наступить момент в моей личной жизни, когда я махну рукой на исследования аномального как на неподъёмное для моего разума и уйти из исследователей… Это будет правильный путь?

– Это будет только один из путей.

– Но я бы хотел пройти немножко дальше.

– Вы должны научиться верить. Это первое. Вам все дается через веру. Поймите, я не говорю о религии. Вера – это больше, чем религия. Вера – это убежденность, это сила для борьбы, это пища для ума. Вы сами верите в вечность души?

– Пока сомневаюсь, к сожалению.

– Если бы верили, то и не было бы вопросов. Я ответил вам?

– Ответили, но мне нужны доказательства на мои сомнения – тогда появится вера.

– Вам никто ничего не будет доказывать. Когда ребенка учат, что можно, а чего нельзя, ему доказывают? И понимает ли он доказательства?

– Существуют упрёки, и они справедливы, что контакты не несут новой информации. Почему?

– Вы знаете много старого? Если вы не знаете пройденного материала, как вы поймете новое? Первое. Второе: если вы не цените малое, зачем вам давать большее? Да, мы вам не даем ничего нового. Вы можете назвать контакт, когда бы вам давали новое?

– К сожалению, таких контактов мало, по статистике не более одного процента.

– Нет, не было ни одного контакта, где бы вам дали новое. Вам дают старое, вами же не понятое.

– Но это снижает интерес к контактам и их достоверность.

– А как вам давать новое? Вы поймете, что это новое?

– Ученые-то продвигаются в познании, они рождают новые идеи.

– Они рождают новые идеи? Они лишь находят старые. Они берут их из природы, то есть то, что всегда существовало. Ваши ученые просто открывают что-то и называют это новым, хотя это существовало до них и без них.

– Все правильно. Мы полагаем, что развитие науки будет все более интенсивным. Сейчас человечество ищет пути освоения новой энергии. Есть ли другие энергии, полезные людям?

– Есть.

– Они экологически безопасны для человечества?

– Есть и такие, и такие.

– Скоро ли человечество овладеет ими, или мы помрем, не дождавшись?

– Вы уже начинаете овладевать ими. У вас пока ведутся разработки.

– В каких странах?

– В ведущих.

– В США?

– Вы не правы. Вы не считаете себя ведущей державой? Хорошо, я вам скажу так: есть девять стран, где уже приблизились к этому решению.

– Термояд?

– Нет. Термояд вами придуман.

– Психическая энергия?

– Да.

– Но разве она сможет освещать города, двигать поезда?

– Простите, один грамм вашего тела излучает в десятки миллионов раз больше энергии, чем один грамм солнца. И это доказано уже вами.

– Сомнительно, чтобы мы обладали такой энергией...

– Спрашивайте...

– Мысль действительно материальна? Мы можем мыслью многое сделать?

– Да.

– Но почему тогда не получается?

– А вы умеете управлять мыслью?

– Хотелось бы научиться.

– Хотеть и уметь – разные вещи...

– Когда-нибудь мы овладеем этим, или некоторые из землян уже могут?

– Я говорил вам, что вы все придете к цели.

– Но не скоро?

– Все зависит от вас.

– Продолжим. Интенсивность контактов по сравнению с другими эпохами на Земле многократно возросла. Каковы причины этого?

– У вас другое время. В конце концов, вы сами говорили о 2000-ом годе. Первое. Второе – вы можете доказать, что раньше не было контактов или их было меньше?

– Но свидетельств мало. Называли уникумов: Леонардо да Винчи, Парацельс... Но это единичные случаи, сейчас мы слышим о контактерах значительно чаще.

– Простите, раньше тоже было много простых контактов, но сохранились только яркие.

– Не этих ли людей сжигали на кострах?

– Чаще – да.

– Это неизбежно или можно избежать?

– Если ему суждено, то – да.

– Скажите, сумасшедшие люди – это какой-то неразгаданный вид контакта или действительно выход за пределы разума?

– Это другое видение реальности.

– Оно может иметь полезные грани, или это совершенно бесполезно для общества?

– Все зависит от вас.

– Но мы видим, что это бесполезно. Они не творят, не двигают науку, они становятся обузой для общества.

– Тогда вся земля обуза…

– То есть они тоже нужны?!

– Вы подумайте. Творит ли животный мир? Творит ли растительный мир?..

– Вы правы. Кстати, какие представители животного мира наиболее высоки по интеллекту или близки к человечеству?

– Давайте уточним: высоки или близки? Если высоки, то мы отвечать не будем. Мы говорили вам, что нельзя сравнивать.

– Близки!

– Крысы.

– Наиболее близки?!

– Да, у вас даже характеры совпадают.

– Интересно... Да, в чем-то действительно это так: они хитры, изощренны, агрессивны, действуют сообща. Да, похоже... Скажите, а цивилизация дельфинов...

– Вы правильно сказали – цивилизация. Вы ответили на свой вопрос.

– Но почему между нами не получаются контакты?

– Вы не хотите признать их сильнейшими, вы слишком горды для этого. Вы хотите, чтобы весь мир жил и думал, как вы.

– А что надо признать?

– Признать все равным.

– И тогда контакты будут успешными? С кем бы вы посоветовали идти за такое общение из животного мира?

– Вы должны идти со всеми. Если я скажу – дельфины, я обижу остальных. Я не говорю вам, чей разум выше. Значит, вы должны быть равными со всеми. Но самый легкий контакт вы можете сделать все-таки с крысами. Они ближе к вам. И лишь потом идут дельфины.

– Но разве крысы поймут наши цели?

– Вы не понимаете целей друг друга... Крысы не поймут вас. Но контактировать вы можете. Мы же говорим о контактах, а не о целях. Это первое. Второе: так, как вы ведете себя в природе, жить нельзя, и боюсь, что крысы заменят вас.

– Продолжим. Следует ли считать растущую интенсивность контактов за специальную акцию по взаимодействию с человечеством? Каковы цели этого взаимодействия?

– Мы отвечали вам: мы помогаем тогда, когда плохо.

– Нам сейчас плохо, вы считаете?

– А вы считаете – вам хорошо?

– В России да, плохо, а в других стр анах, наверное, лучше.

– Назовите страны, где сейчас хорошо.

– Бельгия, Швеция, Швейцария, США...

– Мы говорили вам: чем лучше вам физически, тем хуже вам будет духовно, и наоборот.

– То есть в духовном плане они заходят в тупик?

– Вы правы. Человек живет только тогда, когда борется.

– А Россия, претерпевая страшную ломку, приобретёт что-то духовное?

– Вы – будущее. Вы – духовный центр Земли.

– Но мало кто в это верит. Мы видим несовершенство наших соотечественников, дикость и отсталость многих и многих...

– Это один из плюсов. Если бы для вас все было хорошо, вы бы не стали расти, не стали бы бороться.

- Спра-а...

Тихо потрескивает свеча на столе, воск стекает по стволу, образуя замысловатые фигуры. Иногда от нашего дыхания или от перелистывания страниц с моими, заготовленными впрок вопросами пламя вздрагивает, клонится в стороны, и тогда черные тени начинают метаться по вагончику, словно крылья огромной птицы.

Крутились катушки в магнитофонной кассете – Гера изредка посматривал за их движением, чтобы вовремя поменять дорожку, если лента закончится. Гена лежал на лавке в той же позе: левая рука с зажатыми в щепоть пальцами поднята вверх и неподвижна, правая ритмично ходит маятником, как заведенная. Судя по тому, как насторожился, приготовясь менять кассету, Гера, мы беседуем с Нечто около 45 минут. Сейчас он поменяет сторону кассеты, и на эти секунды я должен постараться прервать разговор.

Диалог идет, на удивление, ровно, почти без остановок, лишь изредка правая рука Харитонова застывает, и тогда его речь обрывается на полуслове. Гера, по-видимому уже имея опыт, не волнуется по поводу заминок, как я поначалу, а тут же начинает вслух отсчет: “Один, два три, четыре…” И так до девяти. Ритм сохраняется такой, с каким только что ходила маятником рука Геннадия. Иногда счет повторяется несколько раз, пока вновь не придет в движение рука и не прозвучит отчужденный голос: “Спрашивайте…”

В какой-то момент я почему-то, по какому-то наитию, тоже подключаюсь к счету, и мы уже вдвоем с Герой, вполголоса считаем: “шесть, семь, восемь, девять…” По-моему, это уменьшает паузы в редких остановках; Гера тоже это заметил и кивает мне, мол, продолжай так.

Меня удивляет, как долго держит вздернутой вверх руку Геннадий, не уставая, не пытаясь сменить позу, да и этот безостановочный маятник правой рукой – тоже нечто ирреальное...

Позже, в каком-то из последующих сеансов, наш невидимый Собеседник объяснил нам, что движение правой руки – это вынужденная мера, чтобы получить возможность воспользоваться органами чувств “переводчика”: речью, слухом, словарным запасом и, может, еще какими-то качествами. “Переводчиком” ОНИ называли Харитонова – таковой была его роль в нашем диалоге, и поскольку с самого начала ОНИ настаивали на том, чтобы наши имена, по возможности, никогда не произносились вслух, Гена так и был обозначен: Переводчик. “Мы для вашего мозга – чуждая энергия, – объяснил Собеседник, – поэтому мозг препятствует нашему вторжению. Но когда мы занимаем его чисто механической работой, в данном случае маятниковым движением, эта проблема снимается. Но иногда все же случаются сбои…”

Щелкнула клавиша магнитофона, Гера быстро меняет сторону кассеты. “Спрашивайте”, – раздается голос Невидимки.

– Простите нас за такой вопрос… Мы не знаем, с кем разговариваем, и если вы от сил зла, то у нас возникают сомнения: так ли уж всесилен и всемогущ Бог? Видите, какие у нас таятся сомнения…

– Я понял вас. Во-первых, вы сито, и, в вашем понятии, существуют ложь и правда. Что такое истина? Это одно из видений. Вы согласны? Вы говорите о силе Бога и сатаны. Вы можете представить, что Бог не знает об этом? Вы же доказываете, что Бог всеведущ и вездесущ, и вдруг сатана делает свои дела, не ведая об этом?

– Ну, получается, что люди преувеличивают возможности сатаны…

– Нет. Дело в том, что мир един. И в вашем понятии, не существует Бога и сатаны, какими вы их видите, ибо вы находитесь на нижнем плане. Будете выше, и вы уже не будете задавать такие вопросы. Хотя там, выше, уже будет другое понятие о добре и зле, и там тоже будут существовать добро и зло, но уже в другом понимании.

– Скажите, а есть ли Бог как таковой? Может, это Всемирный Разум, а мы его персонифицируем в личность.

– Мы говорили вам, что вы сами боги. Я ответил вам?

– Однако эта истина никак нами не постигается. Мы боги – и ничего не можем. Даже бороться со злом, понять мир в объеме…

– Вы дети. Если хотите, вы – дети богов. Но вы станете богами. Рассуждайте логически.

– Наверное, это длительный процесс. Тысячи или миллионы лет?

– Все зависит от вас. Может хватить и минуты, а может не хватить и тысяч лет. Все зависит от вас. Мы называем это зарядом. Иначе мы не можем объяснить вам, что это такое.

– Но вы можете сказать, кто сотворил Землю, Галактику, космос?

– Вы!

– Но мы пока не боги…

– Хорошо, давайте вернемся на 15 тысяч лет назад. Вы изменили Землю. У вас была цель. Изменив ее и войдя в плоть, вы забыли о цели. Если я вам назову ее, то потеряется весь смысл вашего бытия.

– Это тайна?

– Это тайна, созданная вами. Если вы вечны, то как же вы спрашиваете о начале и конце?

– Мы, по большому счету, не знаем, вечны ли?

– Как мы может рассуждать о вечности, если вы ищете начало и конец вечности? Объясните мне. Сможете объяснить это мне, тогда и я объясню вам.

– Но наши вопросы навеяны тем, что сейчас много разговоров о конце света, о возможной гибели человечества… Скажите, правда ли, что 5 мая 2000 года родится новый спаситель мира? Эта информация верна?

– Нет.

– Это одна из легенд?

– Это просто неправда.

– А правда ли, что, согласно небесной надписи в городе Сальске, конец света наступит 7 июня 2002 года?

– Нет. У вас уже неоднократно бывали концы света.

– Вы правы. Похоже, вы следите за этой обстановкой…

–…но Спаситель придет, и Спаситель находится у вас. Вы никогда не думали, что Бог в вас, вы сами боги? Однако увидев его во плоти, вы уничтожаете его. Почему?

– Наверное, не верим…

– Вы верите в Бога, верите в мессию, но когда он приходит во плоти, вы уничтожаете его. И те, кто прославлял Бога, прославлял мессию, его же уничтожат. Почему? Это одно из наших интересов, которые заставляют нас выходить к вам на контакт. Нам непонятна ваша нелогичность.

– Вы говорите конкретно о судьбе Христа?

– Не только.

– Будда, Кришна, Магомет, другие посвященные… Они существовали?

– Вы не верите в их существование. Вы можете представать… Кстати, кого вы считаете автором своих статей – себя?

– Вы знаете, что я пишу статьи?

– Это знает Переводчик.

– Мне кажется, что статьи пишу я сам, поскольку они даются мне нелегко. А у вас другое мнение?

– Хорошо. У кого вы берете интервью, он разве не является автором статей?

– Ну, соавтор – точно. Вы хотите сказать, что не я сам пишу статьи? Что они мне кем-то даются?

– Я хочу сказать, что вы пишите всем миром. Согласитесь, что вы пишите статьи в зависимости от вашего воззрения на мир. Значит, мир воздействует на вас. Значит, мир пишет вами или через вас. Вы согласны?

– Могу согласиться, что лишь та часть мира, которая поддерживает меня в моих взглядах. Другая-то критикует, и их немало.

– Но у вас остается след от тех критикующих…

– Да, я ищу аргументы…

– Вы опять разделяете. Я говорю, что весь мир пишет ваши статьи. Вы всего лишь только писатель.

– Скажите, уж раз мы заговорили об этих статьях… Это нужная вещь, хотя бы для нашего города, области? Или они бесполезны?

– Вы не правы. Очень многие пришли к вам благодаря вашим статьям. Или вы уже об этом забыли?

– Нет, я это очень ценю. Но есть часть граждан, которые очень агре ссивно к ним относятся.

– Это ваша дорога. Вы хотите, чтобы вам стелили ковры?

– То есть надо идти через препятствия?

– Если вам их ставят, то идите. Спрашивайте…

– Представляет ли человечество угрозу для иных цивилизаций?

– Подобное вам? Да!

– Подобно собравшимся здесь? Но мы вроде не агрессивны.

– Мы говорим о физическом мире.

– А наши ядерные испытания, ядерные станции – они мешают жить другим цивилизациям?

– Вы даже не можете представить, сколько вы уничтожаете!

– Цивилизаций?! Вы говорите о микробах или другой мыслящей жизни? Нас надо остановить в этой части?

– Да.

– Но скажите, каков, с вашей точки зрения, технический путь развития для человечества? Он тупиковый?

– Он тупиковый для всех.

– И для человечества, и для других цивилизаций?

– Да.

– А как избежать этого тупика?

– Что сейчас происходит в ваше время?

– Ну, борьба тех, кто признает технический путь развития, и тех, кто считает, что надо уходить в природу, в пещеры. Но это, наверное, невозможно.

– Вы понимаете так, что уйти от технического мира, – это уйти в пещеры? Вы должны создавать машины, но вы не должны им подчиняться. Машины должны подчиняться вам.

– А у нас, по-вашему, уже происходит процесс подчинения?

– Подумайте сами…

– Да, мы закабаляемся все больше…

– Машины управляют вами, а не вы ими.

– И в дальнейшем будет еще хуже?

– Все зависит от вас.

– Нам нельзя надеяться на вашу помощь?..

На этом наш диалог прервался, сеанс окончился. Но потом мы еще о многом и многом говорили с нашим незримым Собеседником. За несколько лет нашего общения набралось не менее ста пятидесяти часов магнитофонных записей, и они требуют осмысления. Но это тема уже другой книги. Книги, о мирах, которые...

Которые существуют! Я, исследователь, в этом почти не сомневаюсь. Но вот был ли я убедителен для читателей?.. Не знаю. Знаю другое – я буду искать новые доказательства и факты множественности миров. И есть убеждение, что человечеству еще недолго брести в потемках... Не мне, так другим откроется дверь. Она откроется!»

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.